heckley.
символист, пидорас, ноулайфер
декуцентрик про то, как олмайти не пришел
у меня пиздец как много идей развития событий про "олмайти не пришел", но все они одинаковые, лел
я так три почти одинаковых текста про один и тот же плоттвист как-то написала, спасибо итис, что в выкладку мы все-таки только один положили

Название: heaven's gate
Все остальное: драбблик, пиджей, пиздострадания, ау, оос, оскорбление чувств верующих

чудес не существует – существуют причуды, квирки, дары, некие индивидуальные сверхспособности, как угодно, еще японское экономическое чудо тоже вполне имело место быть, а чудес – чудес не существует.

деку верит в всесильного так же, как до квирков дети его возраста верили в санту. только санта помер семнадцать сотен лет назад, забытый ныне византийский святой, а всесильный – вот он, твой герой, чтобы поверить в него, не нужно закрывать глаза ровно в десять, чтобы родители успели положить игрушку в чулок над камином. твой герой лучше всех христианских святых, он не подставит левую щеку, не опустит смиренно голову – твой герой ответит плохим парням улыбкой и хуком справа, и сам всех спасет.

иногда мама шутит, что первым словом деку было «всесильный», но хотя бы это неправда. но правда – что мечтать стать героем деку начинает раньше, чем читать.

в три деку фантазирует, какой у него будет квирк, в семь все еще надеется, что он просто взрослеет медленнее, чем остальные (он все еще ниже всех в классе, включая девочек), в четырнадцать перед сном мечтает о том, что случится чудо и всесильный придет за ним и сделает из него героя. что он, мидория изуку – должен стать преемником всесильного, получить такую же силу, и что эта сила настолько велика, что он просто был к ней еще не готов. но теперь время пришло, и всесильный поможет ему поступить в академию юуэй и стать величайшим героем в мире – плечом к плечу со всесильным.
никто не приходит за ним.

один раз деку даже видит всесильного вживую.
один раз всесильный спасает деку жизнь, побеждает злодея одним ударом, улыбается фирменной своей улыбкой и исчезает так же внезапно, как и появился, оставляя в мятой школьной тетради размашистый, на весь разворот, автограф, и огромную пустоту в сердце деку.
обнажившаяся пустота – огромная, черная, зияющая пропасть в его душе, зревшая много лет, с того самого дня у доктора, с первых жалостливых взглядов взрослых и насмешливых – сверстников, с первых слез и безмолвных извинений матери. деку старательно не замечал эту черную дыру внутри, прикрывал ее тонким полотном надежды, пеленой мечты, неуклюжей, детской, упрямой верой в чудо, первой стадией принятия – отрицанием?. только это все равно, что бингхемский карьер накрывать носовым платочком, когда твой персональный бог говорит тебе, что в новом мире тебе не место. как моисей сказал евреям, прошедшим за ним всю пустыню, у врат земли обетованной: мол, чуваки, все молодцы, вам туда нельзя.

можете лечь тут и помереть.

чудес не существует, деку.

- ладно, - думает деку. (впрочем, с окончанием средней школы так мидорию уже никто не зовет – ведь бакуго он уже никогда в жизни не увидит.
или нет.)

- ладно, - думает мидория изуку. (он ведь на вступительном экзамене), - ладно. помереть у ворот рая лучше, чем в сточной канаве.

депрессия плохо влияет на словарный запас молодых юношей. хорошо хоть не на умственные способности одного конкретного мидории.

- рекламный факультет, класс 1-к, мидория изуку, - представляется он теперь. глубинные знания о героях и аналитическое мышление делают его идеальным маркетологом, лучшим на курсе.

катсуки бакуго с геройского факультета больше не зовет мидорию изуку «деку». им больше не за что соперничать.

в день, когда пиар-менеджеру героини уравити исполняется тридцать, ему снится сон – о герое по имени деку, ставшим новым символом мира, герое номер один, продолжателе дела всесильного. пиар-менеджеру уравити снится сон о небесно-голубом небе над головой, целом мире под ногами и силе, что несет лишь благо.
пиар-менеджер уравити, мидория-сан открывает глаза.

деку вот уже пятнадцать лет как мертв.

@темы: я пейсатель и хуежник, boku no hero academia